0 Избранные


Для многих пока остаётся неясным даже само понятие: в чём выражается это качество? Как его измерять? Для объяснений мы пригласили , заместителя директора Национального института качества образования, члена рабочей группы по разработке ФГОС ДО и ПООП ДО — Владимира Константиновича Загвоздкина. Он объяснил, почему не лишним будет ориентироваться на финский опыт и как российским школам вернуть себе мировое лидерство. Действительно ли для этого нужны инновации?

Опасности, подстерегающие нацпроект «Образование»

Одна из главных целей национального проекта «Образование», намеченного на 2019–2024 гг. — вхождение Российской Федерации в ТОП-10 стран по качеству общего образования. Сегодня признанными лидерами по результатам международных исследований считаются Финляндия, Канада, Германия, Сингапур — их опыт ставится в пример, их методики претендуют на звание эталонных. 

Однако почему Россия вообще должна ориентироваться на зарубежные стандарты и сравнивать свой опыт с чужими методиками? Ответ на данный вопрос начнём с интересного факта. Лидирующая финская система, основы которой были заложены в 60–70-х годах прошлого века, по многим признакам перекочевала из традиционной российской системы образования. А сегодня уже мы подсматриваем у финнов.

Что пошло не так? Нужно обратить внимание на гонку за инновациями. Та же цифровизация бесспорно является вызовом времени, однако любые нововведения должны быть тщательно продуманы. Для примера возьмём намерение обеспечить каждого учащегося личным ноутбуком. Кажется очевидным, что в этом случае будет одна только польза и что цифровизация пойдёт гораздо эффективнее. Но учёные не согласны: на деле величина эффекта оказывается весьма скромной. В своём исследовании «Ручка сильнее клавиатуры» психологи Пэм А. Миллер и Дэниел Оппенхаймер и вовсе продемонстрировали, что учащиеся лучше запоминают услышанное, фиксируя это карандашом на бумаге, а не печатая на компьютере. Аналогичные исследования были проведены в Высшей школе экономики, и они тоже опровергли одну из главных идей цифровизации.

Что нужно для эффективного реформирования 

  1. Использовать критерии качества образования, подкреплённые фундаментальными исследованиями.

  2. Придерживаться единой философии.

Разберём второй пункт. Нацпроект «Образование», как известно, включает 10 федеральных проектов: «Современная школа», «Успех каждого ребёнка», «Поддержка семей, имеющих детей», «Цифровая образовательная среда», «Учитель будущего», «Молодые профессионалы», «Новые возможности для каждого», «Социальная активность», «Экспорт образования» и «Социальные лифты для каждого». Все они имеют, несомненно, очень позитивный посыл, на них выделяются огромные бюджеты. Но есть риск, что федеральные проекты будут реализовываться бессистемно (грубо говоря «в разные стороны»), что ответственные люди приступят к воплощению идей без видения общей картины, что стандарты качества получатся современными, а методы их оценки — устаревшими. В результате отдельные образовательные организации и учителя окажутся под воздействием разнородных требований и не будут понимать, что же именно реформировать. 

Выдающийся канадский исследователь образовательных систем и реформ в сфере образования Майкл Фуллан отмечает, что один из мощнейших факторов, блокирующих любое развитие — постоянная атака школ различными инновациями. Не успевает ещё прижиться одно новшество, как уже «спускается» другое. Это общемировая проблема, этим грешат многие страны в погоне за высокими показателями. В преуспевающих системах образования все действия согласованы и подчинены единому курсу, который понятен каждому участнику процесса от чиновника до ученика.   

Что вообще такое «Качество образования»

Качественное образование — это образование, которое гарантирует успешность. 

Звучит привлекательно, однако насколько это достижимо на практике? «Школа ничего не даёт», — заявляли наблюдатели на протяжении всего XX века. Действительно, эмпирические исследования показывали, что ученики приходят в школу с разными способностями и уходят из школы с соответствующими результатами, что итог обучения складывается в первую очередь из задатков ребёнка, а также из социального и культурного капитала родителей. Однако всё же находились исключения: отдельные образовательные организации и отдельные педагоги, которым удавалось получить высокие результаты в неблагополучных классах. Они доказывали на практике, что возможно подобрать методы, подходы, обеспечивающие ту самую успешность для каждого. Подобные методики мониторятся годами. На основе результатов трудоёмкой аналитической работы разрабатывается дидактика, система обучения. Отсюда появляются и критерии того самого «качественного образования». То есть, критерии должны не просто проектироваться, а браться из практики, из доказательной педагогики.   

Что мы сейчас наблюдаем в России. Есть специальные программы для работы с одарёнными детьми. Также активно развивается инклюзия (впрочем, критерии оценки её качества пока весьма размыты). И именно эти подходы чаще всего обсуждаются общественностью. Но для создания среды с качественным образованием необходимо уделять внимание и основной массе учеников, и «сложным» детям. Важность этого уже подчеркнул министр просвещения Сергей Кравцов:

«Мы видим, что нужно делать акцент не только на работу с талантливыми детьми, что, безусловно, будет являться и является одним из приоритетов в работе Министерства просвещения, но и с детьми, которые испытывают трудности с обучением».  

Сегодня в российской практике «талантливых» учеников помещают в отдельный класс, под попечительство проявившего себя учителя. «Неуспевающих» детей тоже сажают вместе, а с учителем — как повезёт. В результате первый класс имеет наилучшие показатели, их преподаватель получает поощрения, а другой класс так и остаётся неуспешным. Согласно современным международным стандартам — того же мониторинга PISA, например — так делать нельзя. Проблемы в обучении должны целенаправленно устраняться на всех этапах, а учителей следует поощрять, в первую очередь за достижения детей с не самыми примечательными «входными данными». В противном случае позитивного результата не будет, а последствия могут повлиять на несколько поколений вперёд. Например, в США порядка 30 % жителей испытывают страх перед математикой, в том числе и учителя. Многие американские преподаватели всячески обходят математические курсы из-за страха, сформированного ещё в детстве, такими же напуганными математикой учителями.

Комментарий «ЯКласс»: «Работа на онлайн-платформе в этом случае может стать для педагога удобным инструментом. Возможность работать на собственном аккаунте в условиях определённой „анонимности“ позволяет ребёнку не беспокоиться, как его оценят одноклассники, снизить уровень волнения и сосредоточиться только на задании. Кроме того, на „ЯКласс“ можно выдавать как общий тест с генерациями для всего класса, так и индивидуальные работы отстающим или успевающим лучше всех ученикам, и сосредоточиться на едином образовательном процессе».


Особенности мониторинга PISA

Эксперты международной образовательной политики рекомендуют ориентироваться на мониторинг PISA. Что это такое? Это международная программа по оценке образовательных достижений учащихся в возрасте 15 лет. Тест проходит раз в 3 года и позволяет оценить те изменения, которые происходят в системах образования — а в тесте участвует более 70 стран. Мониторинг проверяет читательскую, математическую и естественнонаучную грамотность, при этом основной упор делается на умение применять знания в реальной жизни. Проект реализуется Организацией экономического сотрудничества и развития при участии Нидерландского национального института педагогических измерений, Австралийского совета педагогических исследований, Службы педагогического тестирования США и других авторитетных организаций. В России центром проведения теста является ФГБУ «Федеральный институт оценки качества образования». 

Критерии оценивания PISA задают стандарты определения качества образования. Если не считать нового явления — цифровизации —  в остальном тест основывается просто на здравом смысле. Если требования к образовательным достижениям отзеркалить на систему обучения, на дидактику, то получается следующая схема взаимосвязей, основанных на концепции «управления по результату». 

Вроде бы, в этой схеме нет ничего нового. Особенность состоит в том, что все взаимосвязи должны действительно реализовываться, а образовательные науки должны анализировать и корректировать систему обучения в зависимости от данных, полученных на практике. 

В 2018 году от России в тестировании приняли участие 10153 подростков из 43 регионов, и мы заняли в рейтингах PISA 30–33 места. Надо признать, что система PISA и её дидактика у нас пока мало изучены, хотя уже сейчас мы нацеливаемся на самые высокие места. 

Фейки и реалии «Скандинавской системы»

На данный момент в тестах PISA лидируют азиатские страны. Почему же тогда в пример обычно ставят Финляндию, которая пусть и находится в ТОП-10, но всё же не в первой тройке? 

Обратимся к данным, опубликованным Андреасом Шляйхером, экспертом «Федерального института оценки качества образования», автором книги «Образование мирового уровня. Как выстроить школьную систему XXI века?». 

Финляндия лидирует по соотношению учебного времени в школе, учебного времени вне школы и баллов по исследованию естественнонаучных знаний на час общего учебного времени. То есть, Финляндия достигает своих высоких результатов, сохраняя психоэмоциональное здоровье учеников (и, к тому же, внушительные бюджетные средства). Соотношения у азиатских стран гораздо скромнее. Такие подходы как раз и призвана выявить и рекомендовать доказательная педагогика. Исследования также говорят о том, что в Финляндии школьные результаты в наименьшей степени зависят от внешних факторов — в отличие, например, от Германии или США, где социальное положение по-прежнему определяет многое.

Сегодня модно говорить о скандинавской модели образования, однако этот термин не совсем точный, поскольку страны Скандинавии развиваются разными путями, причём не всегда удачными. Например, Швеция сейчас активно внедряет новые методы, переходит к конструктивистской парадигме и, хотя остаётся в ТОП-е, после проведения реформ начала показывать ухудшение результатов.    

Финляндия придерживается простоты, и в этом её ключевое преимущество. Каждый финский ученик с первого класса понимает национальные цели образования. Все стандарты в стране вполне предметные: слухи о том, что в Финляндии отменяются учебные предметы — это фейк.  В выпускном аттестате ученика первого класса финской школы чётко прописаны следующие требования к социальному поведению: 

  • соблюдает правила поведения, 

  • высказывает желание помочь, 

  • поддерживает порядок в классе, 

  • соблюдает школьные правила. 

Что касается учебных дисциплин, то от выпускника первого класса требуется читать целыми словами, писать под диктовку, писать сочинения, считать от 0 до 100 и решать устные примеры. Всё вполне прозрачно и даже знакомо. В «Экспертизе Климе» (одной из авторитетнейших экспертиз по стандартам образования) говорится, что  стандарты будут способствовать улучшению школьной системы только в том случае, если они установят более ясные, более понятные ориентиры, чем большинство традиционных учебных планов и программ. Даже форма стандартов должна быть такой, чтобы её могли понять и принимали учителя и общественность.

В идеале высокое качество обучения нужно обеспечивать чуть ли не с рождения, начиная с семейного и ясельного образования. Но даже если организовать это не удаётся, задача школы: действительно постараться обеспечить достойное будущее каждому ученику. Как это сделать — продолжают выяснять мировые исследователи, в том числе и в России. Возможно, в скором времени ЕГЭ и другие наши системы оценивания перестроятся под формат PISA, чтобы добиваться высоких результатов не только за счёт увеличения нагрузки на ученика, но и благодаря применению зарекомендовавших себя международных методик.

Участвовать в новых вебинарах

 


Партнерский материал

Подписаться на канал ЯКласс



Перейти в источник

Комментарии